Конец 80-х мы встречали в высокотехнологичной, но бедной стране. Вообще-то, благодаря высоким технологиям нации-творцы и пользователи обычно имеют высокие заработки – хватает на всех. Но уравнение «высокие технологии – богатые нации» у нас почему-то не выполнялось. Скромность нашей жизни объясняли борьбой с капитализмом и помощью странам, тоже строившим социализм.

Возврат к господству частной собственности на средства производства должен был восстановить тождество высоких технологий и достойного благосостояния. Сегодня противостояния с буржуями нет – сами творим капитализм. Загранице тоже не помогаем. Тем не менее около 40% наших сограждан еле выживают. Снижение уровня рождаемости и высокая смертность подтверждают нашу опасную бедность. Что же случилось?

Высокие технологии – детище военно-промышленного комплекса СССР – выдавлены из производства «технологиями» казино и вещевых рынков. Качество нашей продукции – или среднее, или низкое. Иными словами, у неё слабая конкурентоспособность. Структура украинского экспорта-импорта – как на интеллектуальной окраине Вселенной. Держимся на рынках разве что за счёт низких цен, которые съедают зарплаты. Отсюда и более чем скромное бытие. Мы живём в низкотехнологичной и, соответственно, полуголодной стране. 

Конечно же, не всё так плохо. Ведь поднялись банки, мобильная связь, информационные технологии. Жадный интерес иностранцев к этим отраслям подтверждает их особую значимость для нашей экономики, а значит, и для повышения благосостояния украинцев.

Но не банками едиными должна прирастать современная экономика крупной европейской страны. Можно, конечно, привести в пример Люксембург, где большую часть трудящихся составляют банкиры. Но Украина – не Люксембург! И располагает другими конкурентными преимуществами.

Например, морская индустрия. Она высокотехнологична и поэтому очень выгодна уже тысячи лет. Морской танкер или сухогруз за время эксплуатации даёт чистую прибыль, в 2,5–3 раза превышающую затраты на его строительство. Рыболовецкий траулер приносит ещё больший доход. Так что Чёрное и Азовское моря – это наш второй чернозём.

Между тем львиную долю грузов из 19 портов Украины вывозят иностранцы. С ними уплывают десятки миллиардов гривен заработков украинцев: зарплат, отчислений в бюджеты. Наш рыбный стол тоже в основном импортный.

А ведь при советской власти мы ежегодно строили десятки сухогрузов и траулеров, да ещё и боевые корабли. Сегодня же полтора десятка судостроительных заводов Украины загружены в лучшем случае на 30% по сравнению с тем, что было 20 лет назад. Потеряно (учитывая моряков и рыбаков) около 250 тыс. рабочих мест.

В связи с особенностями морской индустрии 32 страны с объёмом ВВП в $43 млрд. (2/3 мирового ВВП) ещё в прошлом столетии установили специальные законы. Евросоюз, Норвегия, США, Япония, Южная Корея и Китай практикуют субсидирование строительства судов (6–9% стоимости), процентов по кредитам, освобождение от ряда налогов и многое другое. И это притом, что все упомянутые государства входят во Всемирную торговую организацию, которая обеспечивает сохранение добросовестной конкуренции. Результат налицо: эти страны фактически владеют морской индустрией мира.

Украина – это едва живая морская индустрия, её доля в общемировом ВВП составляет 0,6%. Только в 2000–2004 гг. действовали специальные правила хозяйствования для судостроения, которые лишь на 20% внедрили мировой опыт. Но в 2005 г. они были отменены. И «Украинский прорыв» не предусматривает их восстановления. Неужели мы никогда не будем собирать урожай со второго чернозёма Украины?

К сожалению, судостроительная отрасль – лишь один из многих печальных примеров. Десятки миллиардов гривен по-прежнему достаются не нам.

Виктор Лисицкий, советник главы ПриватБанка, секретарь Кабмина в 1999–2001 гг.