Владимир Шаповал: У нас политика базируется не на компромиссе, а на вызовах
Владимир Шаповал - представитель президента в Конституционном суде, судья КС в отставке, доктор юридических наук, профессор. Это интервью он дал "і" до того, как Виктор Ющенко вчера направил представление в КС по поводу легитимности закона о Кабмине, при этом прогноз господина Шаповала относительно действий главы государства оказался абсолютно точным
Вопрос: Как вы относитесь к тому, что Конституционный суд (КС) в последнее время превращается в центр принятия важных политических решений?
Ответ: Мы должны сознательно относиться к тому, что несовершенство и контраверсийность определенных положений Конституции влекут за собой обращения в КС. Нынче в Украине существует идеологема: "Вот придет Конституционный суд и всех рассудит". И поэтому подают политические по общему смыслу представления в суд, вместо того чтобы самостоятельно решать соответствующие вопросы. Сейчас все пытаются найти арбитра, коим - пока еще - считают КС. Параллельно осуществляются попытки скрытого давления на суд. К примеру, публикации, касающиеся коррупции в суде. Такие попытки можно рассматривать как превентивные меры для того, чтобы "поставить суд на место" и обеспечить принятие политически выгодного решения. Ведь до сего дня суд еще не вынес ни одного решения. У меня нет уверенности в том, что судьи КС владеют совершенным инструментарием, который позволит им выносить политические решения, адекватные общественным потребностям и ожиданиям. Единственный выход, который я предложил, - твердо следовать Конституции и действующему законодательству. Вне зависимости от того, насколько популярным или непопулярным окажется решение.
В: Другая проблема - насколько эффективен КС? Ведь процедура рассмотрения дел достаточно длительная.
О: В последнее время часто слышу комментарии, что в развитых странах конституционные суды в зависимости от актуальности того или иного вопроса достаточно быстро принимают решение. Очевидно, что быстрое вынесение решения не является нарушением соответствующей процедуры, и никто не станет этому возражать. Главное, чтобы суд не увлекся политической игрой и не стал, скажем, медлить с принятием решения, пытаться тянуть время, рассчитывая на то, что вопрос сам собою рассосется. Закон устанавливает Конституционному суду максимальные сроки для рассмотрения дела. Например, после открытия производства по конституционному представлению решение должно быть вынесено не позднее чем через 3 месяца.
В: Предостерегая КС от участия в политической игре, вы видите какие-то признаки такой игры?
О: Нет, судей просто втягивают в политику. И они должны найти правильный выход из этой сложнейшей ситуации. Любое решение КС одна часть политикума воспримет позитивно, а другая, по складывающейся традиции, станет его критиковать. Следует уважать судебное решение, выполняя его, но не критиковать. Если же есть основания для критики, то для этого существуют специалисты. Но уж совсем не политики.
В: Президент сегодня просит КС разъяснить ст. 72 и 74 Конституции. А что в них непонятного?
О: Для многих непонятно, по каким вопросам может быть проведен всеукраинский референдум по народной инициативе. Хочу обратить внимание на очень важное обстоятельство: Конституция Украины - единственная, как минимум в Европе, в которой отсутствует предмет референдума. При таких условиях спрашивается: по каким вопросам может быть назначен соответствующий референдум? По всем без исключения? Очевидно, что нет. Еще я хочу обратить внимание на одно обстоятельство. Сейчас в стадии решения находится вопрос относительно возможности проведения референдума по вступлению Украины в НАТО. Уполномоченный орган - ЦИК - передал президенту все документы. Реакция президента абсолютно законна и оправдана. Необходимо действительно выяснить, какие вопросы можно выносить на референдум по народной инициативе. Я считаю - и по этому поводу есть решение КС от 5 октября ї 6-рп/2005,- что этот референдум не может иметь консультативного характера. В данном решении указано, что результаты всеукраинского референдума имеют обязательный характер. Возникает много вопросов. Инициаторы упомянутого референдума коснулись внешней политики. А она может быть предметом референдума? Возможно, на референдум можно выносить только законопроекты? Вот президент и пытается прояснить все эти позиции в КС.
В: А не лучше ли регламентировать это отдельным законом о референдуме?
О: Лучше внести соответствующие изменения в Конституцию. Представим себе ситуацию: принимается новый закон о всеукраинском и местных референдумах. И этот закон определяет, какие вопросы могут быть предметом референдума по народной инициативе. При этом норма ст. 72, в которой ничего не говорится о предмете референдума, остается неизменной. В этой связи у части народных депутатов или другого уполномоченного органа могло бы возникнуть желание обратиться в КС и спросить: "А не сужает ли этот закон в части определения предмета содержание статьи 72"? Она, мол, не содержит ограничений, там как бы по всем вопросам можно проводить референдум. Поэтому, по-моему, лучший путь в данной ситуации - это уточнение конституционной нормы.
В: И что может сделать Конституционный суд?
О: Дать разъяснение статьи 72 - четко определить предмет всеукраинского референдума по народной инициативе. Второй способ - внесение законопроекта об изменениях в данную статью Основного закона. Вы же сами понимаете, что сегодня это нереально. Не забывайте и о сложности процедуры внесения изменений именно в эту часть Конституции. Сначала должно проголосовать конституционное большинство в ВР, а потом по старому закону необходимо провести референдум. Получается какой-то замкнутый круг.
В: Сейчас ведется много дискуссий по поводу закона о президенте. Некоторые эксперты утверждают, что он нужен, другие - что нет. Третьи полагают, что нужен, но не сейчас. Какова ваша точка зрения?
О: Назовите мне хотя бы одну страну, в которой принят закон о президенте. Закон о Кабмине - это абсолютно нормально, хотя бы в связи с нормой ст. 116, согласно которой Кабмин должен "осуществлять другие полномочия, определенные Конституцией и законами Украины". То есть можно принимать закон, который позволяет по существу дополнять и уточнять статус Кабмина. В ст. 106 и 85 Основного закона, соответственно, сказано: президент и ВР осуществляют другие полномочия, определенные этой Конституцией. Для внутренней организации ВР достаточно регламента. Есть ряд законов о комитетах, об уполномоченном ВР по правам человека и т. д. А для всего остального есть раздел IV Конституции. Если же цель закона о президенте - немного "пощипать" его полномочия, тогда все понятно. Станут говорить об уточнениях, а фактически речь будет идти об ограничении полномочий. Кто-то начал говорить, что структуру и организацию секретариата президента должен регламентировать закон. Но это вопрос внутренней организации работы президента. При чем тут закон? Люди просто невнимательно читают Конституцию. Если хотят прописать процедуру импичмента, то пусть принимают соответствующий закон. А предпосылки для разговоров о таком законе достаточно прозрачны. Как только начинаются "недоразумения" между президентом и определенной политической силой, сразу звучит тезис о необходимости закона о президенте. По существу это форма политического давления.
В: Почему президент применил к закону о Кабмине, который был подан ему на подпись из ВР без одного пункта, такой радикальный инструмент как вето? Был ли другой способ уладить недоразумение? Скажем, направить в ВР письмо с просьбой прислать корректную редакцию принятого закона?
О: Вето, вероятно, связано с тем, что этот закон президента не устраивает в политическом отношении. Это был политический выбор президента. Все предложения президента Рада проигнорировала. Так почему он должен идти навстречу, видя такую некорректность? Да еще и на подпись закон пришел с изменениями.
Более того, президент получил информацию, что в процессе принятия закона о Кабмине была нарушена процедура. Тут не важно о чем идет речь: техническая ошибка или нет, формальность или не формальность. Ну что такое техническая ошибка? А может это злоупотребление? Буду откровенен: мне известны случаи, когда подобные "технические" приключения происходили с Конституцией в период между ее принятием 28 июня 1996 г. и опубликованием. Есть серьезные основания говорить, что на уровне "технической работы" с текстом в этот период в Конституцию были внесены изменения. Давайте уважать ВР. Неужели она способна на технические ошибки такого характера? При любых обстоятельствах с юридической точки зрения ситуация для президента является чистой. Таковыми являются и его соответствующие действия. Вето - всегда в определенной степени вызов. Очевидно у нас такая политика, которая часто базируется не на компромиссе, а на вызовах.
В: В сложившейся ситуации Конституция не указывает, что спикер обязан подписать закон. Более того, она не устанавливает для него срока, в течение которого он должен это сделать. Означает ли это, что спикер до бесконечности может затягивать процедуру подписания?
О: Я не могу представить себе ситуацию, чтобы председатель ВР, который является высшим должностным лицом парламента, не осуществил соответствующих действий. Это его обязанность. Конституция - не Уголовный кодекс. Такие моменты как "обязан подписать закон" можно трактовать как намек, что это может быть не сделано. Это невозможно, хотя я ставлю здесь три точки относительно нашего опыта. Мы имеем дело с еще одной недосказанностью Конституции.
В: Какой компромисс может быть достигнут между президентом и ВР? Какие предложения президента ВР должна учесть, чтобы глава государства согласился подписать закон о Кабмине?
О: Тут нужно говорить не о компромиссе, а о том, какими могут быть дальнейшие юридические последствия. Компромисс - это дело сторон, которые садятся за стол переговоров и обо всем договариваются на политическом уровне. А возможные правовые механизмы следующие. ВР может рассмотреть предложения президента, учесть их все или только часть из них. После чего президент или председатель ВР подписывают закон. Другой путь основывается на мнении некоторых юристов и должностных лиц, что президент не имеет права повторно ветировать закон. И председатель ВР подписывает закон. Президент уже не имеет права подписывать этот закон, так как прошел установленный в Конституции десятидневный срок. Поэтому подписание закона президентом может быть основанием для его обжалования в КС. После опубликования закона с подписью председателя ВР появляются абсолютно обоснованные надежды обратиться в КС и получить решение, что этот закон принят с нарушением установленной процедуры и в целом не соответствует Конституции.
В: Сейчас все говорят о том, что Конституция, по которой живет Украина с 1 января 2007 г., полна неточностей. Каким вы видите продолжение конституционной реформы?
О: Есть три магистральных направления. Правильно ли была выбрана форма правления в Украине, т. е. алгоритм взаимодействия между президентом, ВР и Кабмином? Если этот вопрос будет решен на уровне ключевых парламентских сил, тогда вообще никаких проблем нет. ВР просто примет соответствующее решение на основе предыдущих договоренностей. Вторая возможность - Конституционная комиссия, которая создается не только для подчистки Конституции, но для охвата более широкого круга вопросов. К примеру, все страны-члены ЕС заранее вносили в Конституцию изменения, предусматривавшие делегирование части суверенных прав институтам ЕС. У нас говорят о необходимости серьезной судебной реформы, о недостатках в механизмах защиты прав человека. Кстати, КС Украины - чуть ли не единственный в Европе, который не имеет права рассматривать индивидуальные конституционные жалобы. Но сегодня часть политических сил на вариант создания Конституционной комиссии не соглашается. Поэтому остается последний, достаточно кардинальный, но легальный способ. Это принятие новой редакции Конституции на референдуме. Почему этот способ легален? Есть решение КС от 5 октября 2005 г., в котором сказано, что новая Конституция может быть принята на референдуме.
В: Какая форма правления, по вашему мнению, оптимальна для Украины? Является ли таковой парламентско-президентская республика?
О: Это все очень условно. Я думаю, что в принципе усиление основ парламентаризма - усиление контроля парламента над Кабмином, создание юридических предохранителей от чрезмерной концентрации власти в любых руках - это необходимость. Но мы попробовали преодолеть пропасть в два прыжка. Поэтому наши ноги сейчас в воздухе, где мы пытаемся найти точку опоры. Мне кажется, идеальным вариантом было бы формирование так называемой консенсусной демократии, когда основные кадровые назначения и увольнения осуществляются в сотрудничестве президента и премьер-министра. Например, президент увольняет министров исключительно по представлению Кабмина, при этом ВР имеет право по специальной процедуре выразить недоверие всему составу Кабмина. Главное, юридически заставить треугольник президент - парламент - правительство тесно сотрудничать между собой.
Владимир Николаевич Шаповал родился в Киеве 25 мая 1948 г. В 1970 г. окончил Киевский государственный университет им. Т.Г. Шевченко, факультет международного права, юрист. С 1992 г. доктор юридических наук, с 1993 г. - профессор, заведующий кафедрой. С октября 1996 г. по октябрь 2005 г. - судья, заместитель председателя Конституционного суда. С 21 октября 2005 г. - представитель президента в Конституционном суде.
|
