Александр Пасхавер: «Гражданину не обязательно заглядывать в политическую спальню»
Александр Пасхавер об экономической политике вероятной правительственной коалиции
Сегодня страна уже знает предварительные итоги парламентских выборов. Новоизбранный парламент, согласно измененной Конституции, обретает весомые полномочия (см. стр. 3), в том числе и в части формирования экономической стратегии Украины. С просьбой спрогнозировать поствыборную экономическую ситуацию «ЭИ» обратились к советнику Президента Украины Александру Пасхаверу.
— Какими, по Вашему мнению, должны стать первые шаги нового коалиционного правительства?
— Многое будет зависеть от того, какой окажется коалиция. Очень важно, чтобы роль экономики в коалиционных переговорах стала приоритетом и чтобы в коалицию входили те политические силы, чьи взгляды на отношения государства и экономики не противоречили бы друг другу. Это принципиально важно.
— Возможна ли выработка непротиворечивой экономической политики, если основу коалиции составят НСНУ и Партия регионов?
— Каждая из этих партий, естественно, имеет свое представление об экономической политике. Если говорить о формально заявленной программе Партии регионов, мне кажется, что они близки к идее Путина о государственно-монополистическом капитализме. В соответствии с ней, главные составляющие экономики — промышленно-финансовые группы, которые тесно взаимодействуют с государством.
— Это существенно отличается от концепции «Нашей Украины»?
— Да. В «Нашей Украине» большой спектр разных взглядов. Если судить о взглядах Президента и премьера, они, можно сказать, правые либералы. Они будут принципиально возражать против такой схемы развития экономики. Но я начал с того, что в любой коалиции необходимо тщательно оговорить принципы, на которых будет строиться будущая политика. Противоречия есть у всех. Но «Регионы» — это представители крупного национального капитала. И какой он ни есть, он наш, и другого нет. В отношении отечественного капитала можно сказать то же, что и в отношении армии: если вы не кормите свой национальный капитал, то будете кормить чужой.
— И все-таки, если сформируется коалиция Регионов и НСНУ, какие первоочередные шаги, по Вашему мнению, должно осуществить коалиционное правительство?
— В такой коалиции меня больше волнует стиль политики, нежели ее содержание. Я больше всего боюсь зубодробительного стиля со стороны Регионов. Угрозы, неформальное влияние — словом, возврат к дооранжевым временам. Если можно будет договориться, чтобы Регионы отказались от этого стиля, тогда согласие по принципиальным позициям вероятно.
— Как Вы относитесь к мнению о том, что цель новой власти — уничтожить национальный капитал и распахнуть двери для транснациональных компаний?
— Это может касаться только крупных капиталов. Уверен, что такой сознательной цели нет. Так воспринимаются последствия реприватизации. Однако реальные действия в этом процессе распространялись далеко не на все крупные капиталы. В отношении мелких и средних капиталов новая власть настроена вполне позитивно. Юрий Ехануров — один из идеологов поддержки малого и среднего бизнеса. Хочу напомнить, что премьер-министр был среди немногочисленных авторов и лоббистов упрощенного налогового законодательства, которое изменило социальный портрет нашей страны.
— Насколько велики экономические расхождения между БЮТ и НСНУ?
— Юлия Владимировна Тимошенко — левый радикал. В ее высказываниях не раз звучала мысль, будто местные финансово-промышленные группы по сути своей преступны. Есть понятие «антикризисный менеджер». На мой взгляд, Юлия Владимировна — менеджер кризисный. Ее методология решения проблем такова: усилить противоречия, создать кризис, поставить противника в сложное положение и тогда решать проблему.
Если говорить о социалистах, то им очень трудно согласовывать свои взгляды с либеральными политиками. Впрочем, это не значит, что с ними не может быть коалиции. Необходимо в ходе переговоров предельно четко согласовать позиции.
— Как Вы оцениваете тот факт, что все газовые вопросы решались и решаются властью в обстановке глубокой секретности?
— Негативно. Я, как гражданин, не знаю подробностей о договоренностях по газу. И сам факт того, что я этого не знаю, меня тревожит. Открытость в политическом смысле — это открытость результатов. Это не имеет ничего общего с открытостью переговоров и всех нюансов принятия решения. Гражданину не обязательно заглядывать в политическую спальню. Он должен получить результат и внятное разъяснение, почему этот результат таков. Новая власть несравнимо более открыта, чем прежняя. И именно на этом фоне меня тревожит газовая тема. Это даже не закрытость, а неясность того, что происходит. Я не могу понять: это вызвано требованиями другой стороны, или связано с какими-то неопределенными отношениями внутри нашей власти?
— Как бы Вы оценили изменения в экономике страны, произошедшие после прихода новой властной команды?
— 2005 год показал нам, что для постреволюционной оранжевой коалиции экономика не была приоритетом. И это абсолютно естественно. Главной задачей тогда была смена политического режима. Это грандиозная задача, которую поставило перед новой властью общество! И экономика стала скорее ресурсом, чем целью. В таких условиях экономика не может не страдать. Именно поэтому мы наблюдаем замедление темпов роста.
Однако очевидны позитивные ожидания субъектов экономики — в 2005 году они демонстрировали доверие к власти. На мой взгляд, это парадокс! С одной стороны, серьезное торможение экономики, с другой — беспрецедентный рост индекса фондового рынка: невиданное увеличение депозитов и кредитов банков, рост валютных резервов, колоссальное снижение доли убыточных предприятий. В условиях резкой социализации бюджета — инфляция вполне умеренная. Все это означает, что та программа, те принципы, которые изложила новая власть обществу, несмотря на повышенные риски экономики, все равно вызывали доверие у субъектов экономики.
Ряд крупных покупок, которые были произведены в прошлом году — «Криворожсталь», «Аваль» — показали: внешние покупатели готовы платить очень высокую цену за наши объекты. Вопрос заключается в том, сохранится ли эта ситуация, если мы будем продолжать политику, при которой рост социальных выплат существенно превышает рост производства? Если мы будем продолжать такую политику, боюсь, негативные последствия отчетливо проявятся.
— А конкретней?
— Если дополнительные социальные обязательства не скоординированы, не синхронизированы с ростом производительности труда, это курс на уничтожение экономики. Популизм — самый страшный недуг, которым больна вся наша элита.
— Катастрофу многие эксперты прогнозировали сразу после победы революции…
— Могу признаться: у меня были значительно более негативные ожидания, по сравнению с тем, что произошло в реальности. В условиях революции экономика повела себя «неэкономически». Глубинные диспропорции были исправлены: мы, например, практически уничтожили нищету. Я специально поинтересовался у ученых, связанных с социальными проблемами. Бедность осталась, нищета ушла. Что же получилось? После столь радикальной социализации бюджета в пользу наиболее бедных слоев населения должна была бы усилиться инфляция спроса, особенно в отношении товаров широкого потребления. В каком-то смысле это случилось, но случилось в значительно меньшей степени, чем можно было ожидать. И маховик инфляции не раскрутился.
— Какие основные просчеты были допущены властью в 2005 году?
— Термин «просчеты» слишком прост. Для меня были показательны некоторые действия, которые имели негативный результат. Во-первых, отмена льгот малому бизнесу. Это было довольно быстро исправлено. Но, как говорят, осадок остался. Во-вторых, реприватизация. И сейчас реприватизация может возобновиться в любой момент. Я не могу утверждать, что она завершена в Украине. Также негативные последствия имела резкая социализация бюджета. Обратная сторона этого процесса — ослабление инвестиционной политики государства. Инвесторам сейчас нужны сильные дополнительные сигналы от власти. Например, полностью снять налогообложение с инвестиций, облагать только потребление прибыли.
— На мини-Давосе Президент заявил, что весь мир увидит модерн в экономике. Осенью, на встрече с журналистами экономических изданий, глава государства сказал: «Если некоторые не видят модерна, это их проблемы. Вы его видите?»
— Одна моя знакомая имеет сеть бутиков по всей Украине. Недавно она мне сказала: «Раньше милиция заходила ко мне, как хозяин — дай это, дай то. А сейчас максимум, что они могут попросить, это скидку». Это модерн или нет?
— Это просто нормально.
— Для Украины это модерн. Избирательная кампания также проходит в беспрецедентных условиях: нет системных нарушений, централизованного админресурса, действующего с самого верха. Это тоже модерн.
Персона
Александр Пасхавер, президент Центра экономического развития, внештатный советник Президента Украины. Родился в 1945 г. в Киеве. В 1965-м. окончил Киевский институт народного хозяйства.
С 1965-го по 1967 г. — начальник отдела статистики промышленности в Статистическом управлении Киева. В 1970 г. окончил аспирантуру Института экономики АН СССР (Москва). 1971-1992 гг. ведущий научный работник Института экономики НАН Украины. С 1992-го по 1994 гг. — главный эксперт Центра рыночных реформ. С 1995 года до настоящего времени — президент Центра экономического развития. Заслуженный экономист Украины, кандидат экономических наук, член-корреспондент Академии технологических наук Украины.
|
