|
Валерий Чалый: Политики блефуют, когда говорят, что НАТО для них – ключевой вопрос
После визитов премьер-министра Виктора Януковича в Брюссель в Украине с новой силой вспыхнула дискуссия о целесообразности вступления нашей страны в НАТО. О перспективах отношений Украины с Североатлантическим альянсом мы беседуем с директором международных программ Украинского центра экономических и политических исследований им. Александра Разумкова Валерием Чалым.
– Есть ли у Украины альтернатива присоединению к НАТО?
– Присоединение Украины к НАТО следует рассматривать в двух аспектах. Первый аспект – это оптимальный выбор обеспечения безопасности страны. В этом плане и было принято решение, основанное на серьезных расчетах. Политическое решение о будущем присоединении Украины к НАТО было закреплено в Законе «Об основных принципах национальной безопасности», который в 2003 году поддержало подавляющее большинство народных депутатов, включая представителей фракций, входящих сегодня в правительственную коалицию. Есть и другой взгляд на вступление в НАТО как на присоединение к организации с демократическими ценностями, стандартами, к которым мы стремимся с целью европейской и евроатлантической интеграции. Другими словами, речь идет о вступлении в клуб государств с более высоким уровнем развития.
– Страны Центральной и Восточной Европы перед вступлением в ЕС прошли чистилище НАТО. Нужно ли Украине повторять этот путь?
– Конечно, на пути в ЕС необязательно проходить пункт «вступление в НАТО», но практически все наши соседи – члены ЕС или пока еще кандидаты на вступление – перед этим стали членами НАТО. Сегодня это особенно логично, потому что политические критерии вступления в эти организации во многом совпадают. Если сравнить целевые планы, которые Украина выполняет в сотрудничестве с НАТО, и план действий Украина – ЕС, то во многих пунктах они совпадают по политической составляющей.
– Противники евроатлантической интеграции часто приводят в качестве примера такие нейтральные страны – члены ЕС, как Финляндия или Швеция. Может ли Украина получить нейтральный внеблоковый статус?
– Действительно, нейтральный статус – это один из вариантов обеспечения безопасности страны. Но нейтралитет – очень удобная тема для популизма, ведь серьезных аргументов сторонники нейтрального статуса еще не привели. Скажем, сколько это будет стоить? Ведь НАТО подразумевает сокращение расходов на оборону, поскольку это система коллективной безопасности. Второй момент – что в Украине понимают под нейтралитетом? Тот нейтралитет, который был десять лет назад, или термин, существующий в международном праве сегодня? Это абсолютно разные вещи. Мир и страны меняются. Например, в Швеции на выборах победила правоцентристская коалиция, в составе которой есть партия, ратующая за вступление в НАТО. Это не означает, что Швеция подаст заявку на вступление в Альянс, но в прессе была информация о том, что эта страна подписала дополнительное закрытое соглашение с НАТО о совместных действиях в случае угрозы безопасности. Следует также обратить внимание на то, что все эти страны – члены Европейского Союза, что уже дает им возможность обеспечения коллективной безопасности. Подавляющее большинство членов НАТО – европейские страны, поэтому Альянс фактически можно считать организацией, обеспечивающей безопасность в Европе. Если бы в Европе была другая система безопасности, которую бы возглавлял, например, Европейский Союз, то целесообразнее было бы говорить о присоединении к ней, но такой организации сегодня не существует.
– Как повлияют брюссельские заявления Януковича на перспективы вступления Украины в НАТО?
– Оценки позиции Януковича относительно НАТО основывались на заявлениях, сделанных им для прессы. Действительно, в этих заявлениях можно было услышать больше сигналов о повороте внешнеполитической линии. Если же прочитать внимательно текст стенограммы заседания комиссии Украина – НАТО, то Янукович как премьер-министр и как лидер партии взял на себя дополнительные обязательства – относительно активного выполнения интенсифицированного диалога по вопросам членства и участия Украины в миротворческих операциях НАТО. И что интересно, эти обязательства были подтверждены постановлением парламента, подґдержанным коммунистами. Это хороший сигнал. Парламент теперь должен способствовать конкретным шагам по расширению и углублению сотрудничества.
Решение о перенесении срока присоединения к Плану дейґствий относительно членства в НАТО, возможно, связано с тем, что в Украине слишком мало информации о подобных документах. Из моего личного опыта общения с депутатами разных фракций, я знаю, что они просто не видели такого плана.
На самом же деле мы ничего не потеряли. Сейчас у нас есть дополнительное время, чтобы ускорить реализацию интенсифицированного диалога и усилить информационную составляющую работы с обществом и политикумом. Ведь, согласно данным сентябрьского опроса Центра Разумкова, только 6,1 процента граждан Украины могут охарактеризовать свой уровень осведомленности о НАТО как высокий.
– Каковы же реальные цифры поддержки вступления в НАТО в Украине?
– В этот же опрос был включен достаточно жесткий вопрос: «Если бы в следующее воскресенье состоялся референдум относительно вступления Украины в НАТО, как бы вы проголосовали?» За вступление в НАТО проголосовали бы 18,2 процента граждан, против вступления – 60,9 процента, не определились с ответом 17,4 процента и не голосовали бы вообще 3,5 процента респондентов. Большие это цифры или малые? Если принимать во внимание динамику изменения поддержки вступления в НАТО, то самый высокий ее уровень (приблизительно треть населения) был как раз перед прошлым премьерґством Виктора Януковича. Тогда Совет национальной безопасности и обороны принял решение о стратегии отношений с НАТО, была снята антинатовская риторика, и уровень поддержки сразу стал повышаться. Снижаться он начал не сейчас, а намного раньше, еще до «оранжевых» правительств, и был связан с общим уровнем доверия к власти. Сейчас есть тенденция к некоторому увеличению – ежемесячно прибавляется один-два процента граждан, переходящих в стан сторонников вступления в НАТО. И это при отсутствии информационной кампании. Антинатовская кампания во время президентских и парламентских выборов велась достаточно агрессивно, с вовлечением больших ресурсов и иногда даже с подачи внешних сил.
– Как вы оцениваете последние информационные инициативы государства?
– Позитивным сигналом в этом отношении стало то, что в прошлом году впервые в бюджете отдельной строкой были выґделены средства на информацию о европейской и евроатлантической интеграции. Сегодня в проекте бюджета сначала эта строка исчезла, потом снова появилась. Эти расходы существенно урезаны по сравнению с предыдущим периодом (3 миллиона гривен; для сравнения: на освещение деятельности народных депутатов на телевидении и радио запланировано в пять с половиной раз больше. – Авт.), но эта строка будет вынесена на голосование в парламенте. Надеюсь, что задача, поддержанная премьером, получит соответствующее ресурсное обеспечение. Есть проблемы с распределением этих средств, и они не зависят от цвета правительств. Проблемы эти системные – прозрачность проведения тендеров, недопущение коррупции, отмена блокирования для сектора негосударственных организаций, которые зачастую имеют больше возможностей и опыта в этой сфере, чем коммерческие структуры. Надеюсь также, что эти средства будут не просто осваиваться, а осваиваться эффективно.
– При каких условиях регионалы могли бы изменить свою антинатовскую риторику?
– Когда политики говорят, что НАТО для них – ключевой вопрос, они блефуют. Потому что прекрасно знают, что воґпрос внешней политики, вопрос выбора системы безопасности – это ответственный выбор политической элиты. Они также знают, что вопрос вступления в НАТО стоит на двадцатом месте в списке интересов простых граждан, для которых экономическогое и социальногое развитие гораздо важнее. Выдвигая же на первый план политической борьбы вопросы, несущественные для большинства граждан, они отвлекают внимание общества от тех секторов, где должны были бы интенсивно работать. Например, политики не слишком активно объясняют, почему повышаются коммунальные тарифы. С НАТО проще – тут есть ряд готовых стереотипов, которые не требуют дополнительных усилий.
К сожалению, вопрос отношений с НАТО и вопрос языка стали популистскими в избирательных кампаниях, и это очень плохой сигнал. В первую очередь граждане должны требовать от политиков эффективной экономической и социальной политики, а вот вопрос обеспечения безопасности гражданам было бы целесообразнее отдать на рассмотрение профессионалам, а затем принять свое решение.
– Одной из горячих тем, связанных со вступлением Украины в НАТО, является судьба отечественного военно-промышленного комплекса. Так все же выиграет или проиграет от вступления в альянс украинская «оборонка»?
– Развитие нашего оборонно-промышленного комплекса заґвисит не от того, куда вступит Украина, а от его реформирования. Вступление в НАТО вовсе не означает полного переоснащения – это стереотип и неправда. Сегодня у новых членов НАТО на вооружении около половины техники советского образца. Североатлантический альянс не требует сокращения или увеличения армии или ее переоснащения. Есть вопрос совместимости, и в первую очередь это касается связи. Кстати, Россия, которая приняла довольно жесткую позицию относительно вступления других стран в альянс, еще в 2003 году подписала соглашение о присоединении к системе кодификации НАТО.
|
