С.В.Лавров: Уважаемые коллеги,

Мы просим извинения за то, что наши переговоры продолжались больше, чем планировалось, но это отражает насыщенность повестки дня российско-украинских отношений. Рад был приветствовать в Москве моего коллегу В.С.Огрызко. Наши переговоры были, несомненно, полезными. Как я уже сказал, мы обсудили обширный спектр вопросов российско-украинского взаимодействия в различных областях. Особое внимание уделили тому, как реализуются достигнутые в Москве в феврале нынешнего года договоренности Президентов В.В.Путина и В.А.Ющенко, и необходимости наладить четкий контроль за выполнением положений утвержденного Президентами Плана действий Россия – Украина.

Обсудили состояние нашего торгово-экономического сотрудничества, проблематику Черноморского флота, который будет в мае отмечать 225-летний юбилей. Обсудили и ход переговоров по Азово-Керченской акватории. Вопросы остаются. Они понятны сторонам. Сегодня мы дали соответствующим делегациям поручение активно искать их развязки.

Обсуждена нами и сфера гуманитарного сотрудничества. Здесь также имеются вопросы, которые, я думаю, мы вместе хотели бы устранить для того, чтобы они не мешали развитию всего того, что нас объединяет, и не вбивали каких-то клиньев в наши отношения. Намерены создавать именно такую атмосферу для развития российско-украинского сотрудничества.

Разумеется, мы обсуждали и вопросы европейской безопасности, включая аспекты, связанные с натовской политикой «открытых дверей». Наша позиция хорошо известна. Мы убеждены, что создавать разделительные линии в Европе сегодня контрпродуктивно, что все существующие сегодня угрозы безопасности любых государств трансграничны. Они требуют в первую очередь объединения усилий всех основных игроков. Считаем, что для этого имеются все возможности.

Обсудили мы и ту эмоциональную полемику, которая проходила в последние дни, после бухарестского саммита, вокруг вопроса о вступлении Украины в НАТО. Я убежден, что те, кто участвовал в работе Совета Россия – НАТО в Бухаресте и затем пытался донести до Украины свою интерпретацию того, что говорил российский Президент, делали это с негодными целями. Российский Президент не говорил ничего, что посягало бы на суверенитет Украины. У нас есть своя оценка того, как выстраивать отношения на евроатлантическом пространстве, как их выстраивать таким образом, чтобы для всех без исключения расположенных здесь стран создавать равную безопасность и не стремиться обеспечивать безопасность кого бы то ни было за счет безопасности других. Это основополагающие принципы, закрепленные в документах ОБСЕ, в документах о наших отношениях с НАТО. Мы намерены твердо следовать этим принципам. Ну и, разумеется, мы вместе с нашими украинскими друзьями хотели бы добиться того, чтобы наши граждане имели полную возможность для общения в самых различных сферах, будь то экономическая, гуманитарно-культурная или образовательная. В этом контексте будем решать остающиеся вопросы в данной области и впредь.

Мы договорились о том, чтобы провести третье заседание подкомитета по международному сотрудничеству Российско-Украинской межгоскомиссии. Планируем сделать это во второй половине года. Намерены также провести в текущем году очередную встречу министров иностранных дел двух стран с участием глав приграничных регионов. Это очень полезный механизм взаимодействия. Думаю, важно его укреплять. В его рамках возникают решения многих насущных вопросов, волнующих граждан и России, и Украины. В целом мне кажется, что переговоры помогли укрепить взаимопонимание, наметить пути дальнейшей работы по поиску оптимальных подходов к развитию отношений на принципах добрососедства, прагматизма, взаимной выгоды.

Вопрос: Вы говорили сегодня о том, что во время встречи поднимался вопрос, связанный с урегулированием проблемы госграницы в Керченском проливе. Насколько я понимаю, этот вопрос не решен. Мне бы хотелось узнать от Министра иностранных дел Украины, какие действия намерена предпринять Украина для того, чтобы ускорить решение этого вопроса.

С.В.Лавров (выступает после В.С.Огрызко): Могу подтвердить нашу готовность решать эти вопросы в конструктивном ключе. Согласен, что, как сегодня мы уже констатировали, в отношении разграничения акватории Азовского моря наметился реальный прогресс. С обеих сторон переговорщики профессионально, с учетом практики международного права ведут разговор о том, как довести решение данной проблемы до конца. Сложнее ситуация по Керченскому проливу. Мы за то, чтобы, как и в случае с акваторией Азовского моря, решение основывалось на тех принципах, которые были согласованы в договоренности президентов, зафиксированной в документе 2003 года. Для нас принципиально важно иметь в Керченском проливе свой водный путь, который обеспечит беспрепятственное плавание по российским водам российским судам из Черного в Азовское море. Это непреложное условие для обеспечения нашей безопасности. Будем из этого исходить. Надеюсь, что наши аргументы услышаны. Рассчитываю, что диалог будет конструктивным, учитывающим взаимные интересы.

Вопрос (обращен к министрам обеих стран): Недавно бывший глава МИД Украины Б.И.Тарасюк заявил, что при принятии решения о вступлении Украины в НАТО не будут учитываться итоги предстоящего референдума. Как вы могли бы это прокомментировать?

С.В.Лавров (выступает после В.С.Огрызко): Я тоже не слышал этого заявления Б.И.Тарасюка, но если оно действительно имело место, возможно, его появление вызвано тем решением, которое принял Североатлантический альянс в Бухаресте. Характерно, что накануне Бухарестского саммита лидеры НАТО заявляли, что быть Украине в НАТО или нет – это право Украины, и принимать решение на этот счет будет украинский народ. Однако в Бухаресте взяли и записали: Украина будет членом НАТО. Значит, не очень хотят прислушиваться к тому, что в итоге скажет на референдуме украинский народ. Мы сегодня подробно с Владимиром Станиславовичем обсуждали эту тему. Мы слышим и отмечаем заявления о том, что вступление Украины в НАТО не будет представлять угрозы для России, одновременно слышим и то, что членство в НАТО необходимо Украине для обеспечения своей безопасности. Спрашиваем: «От кого»? – нам отвечают: «Так, вообще». Мы убеждены, что безопасность в современном мире неделима. Как я уже сказал, этот принцип закреплен в основополагающих документах ОБСЕ. ОБСЕ по своему составу – это и есть евроатлантическое пространство, как его принято называть. Убеждены, что гарантии безопасности сегодня могут быть самыми разнообразными, без присоединения к тому или иному блоку в ситуации, когда те, кто остается за бортом этого блока и не планирует в него вступать, усматривают в этом угрозу своей безопасности. Мы откровенно все это обсуждали и договорились о проведении консультаций, о которых Владимир Станиславович уже упомянул. На них наши эксперты будут готовы предельно подробно изложить российские озабоченности и постараться, чтобы эти озабоченности были услышаны украинским руководством и учитывались в практических действиях.

(далее берет слово В.С.Огрызко с рассказом об опросе общественного мнения, где против вступления в НАТО высказалось больше украинцев, чем против вступления в Североатлантический альянс)

С.В.Лавров: НАТО и Североатлантический альянс – это одно и то же, и это все понимают. Простые люди, неискушенные в терминах, понимают, что такое НАТО. Может, они думают, что Североатлантический альянс – это нечто другое, типа ОБСЕ, хорошая организация, организация мягкой силы.

Мы, конечно, сотрудничаем с НАТО. НАТО – это объективная реальность. Мы просто хотим понять, какой смысл в механическом, абсолютно в духе старых блоковых подходов, расширении НАТО на Восток. Да и вообще, в любую другую сторону света. Ведь никаких проблем с безопасностью невозможно сегодня решить на этом пространстве, если мы говорим о реальных угрозах, без участия России. Будь то борьба с терроризмом, распространением оружия массового уничтожения, с наркотрафиком, с организованной преступностью. И Россия, и Украина вместе с НАТО, вместе с другими странами, которые не входят в Североатлантический альянс, вполне могут объединять свои возможности и эффективно противодействовать этим угрозам.

Нас беспокоит другое. НАТО постоянно говорит, что «холодная война» в прошлом и что НАТО переживает процесс трансформации в глобальную организацию безопасности. При этом остается в стороне вопрос о том, как этот блок в достижении глобальной безопасности, декларируемой в качестве его новой цели, будет взаимодействовать с СБ ООН, насколько обязательства, взятые членами блока по Уставу ООН, будут выполняться и насколько все это соответствует действиям, совершенным этим «новым» блоком, в котором все ищут прибежища для обеспечения своей безопасности, скажем, при бомбардировках Югославии, при признании незаконно, в одностороннем порядке провозглашенной независимости Косово. Это всё серьезные вопросы. Они не могут игнорироваться. Да, мы с блоком сотрудничаем, но мы видим, что его трансформация затянулась. Пока он остается блоком, сцементированным на основе ст.5 Вашингтонского договора. Это тоже реальность. Безусловно, сотрудничать мы намерены. Об этом четко заявил Президент В.В.Путин, когда в Бухаресте участвовал в саммите Совета Россия – НАТО. Есть целый ряд позитивных проектов. Но важно, чтобы это сотрудничество не ставилось под угрозу из-за действий, которые не имеют ничего общего с нашими задачами борьбы с общими для всех вызовами.